Сначала я сползла по шее лошади вместе с седлом. И болтала о чем-то с Наташей/Лесей (?) о детях и ещё чем-то. Потом у меня оказался заплечный рюкзак.
Место действия - угол знакомой крыши. Знакомый по сну. Какой-то перекресток, высотка, что то пастельно-желтое внизу (Южное Бутово/Ясенево(?)). Действие - перестрелка. Люди с крыши убивают людей внизу и друг друга.
Шакал. Калиблр - 13мм. Длина - 390мм, 16кг, 6 патронов в обойме. Бронебойные. Человек в капюшоне действует лучше всех - откуда-то сверху я наблюдаю за ним. Три патрона. Четыре. Все шесть находят цель. Новая обойма. Два. Пять. Он уходит по лестнице. Где его встречаю я. И не помню как - навязываюсь ему. Миленько, под локоток, мы с ним покидаем место действия. Чудесная парочка - Бони и Клайд.
По дороге домой (!) небрежно скидываю с него капюшон. Лицо не вижу. Волосы - относительно короткие, непослушные, тёмные. Щетинистый подбородок. На плече сумка. - Подойдет, - слышу свой собственный голос. Мужчина уже на грани срыва, кажется что вот-вот пристрелит меня. В обойме ещё один патрон. Но пистолет у него в сумке. - Я даже помню планировку твоей квартиры, - говорю уже в подъезде. На стене лифта рисую пальцем: коридор - гостиная с большим балконом - длинная кухня - в конце ванная. Я не знаю, откуда такая картинка, но во сне вспоминаю, что видела это в каком-то другом, очень старом сне - я уже когда-то была здесь. Сидела на том самом балконе в гостиной.
Кухня. Я кладу на стол свой тяжелый рюкзак, растегиваю молнию. Мой спутник держит палец на курке пистолета. Из сумки ко мне на руки со словами "мама" выползает ребенок (!). Ему годик, уже говорит, глаза - синие, волосы - синие, или иссиня-черные (!). Спутник опускает пистолет, я даю ему на руки ребенка. Улыбка.
Полу-интимная сцена. Вздрагиваю во сне от прикосновения к его правому плечу. Этот человек уже любит меня - почему то точно знаю это.
Встреча. Мой друг, похожий на Орфена. Кухня, стол, пирожки. Было трое. Диалог в коридоре - то ли выяснение отношений, то ли мнение: - Этот тип странный, ты не находишь? Тугой какой-то, тихий. - Он киллер.
Шок. У виска парня дуло Шакала. - Там одна пуля, - говорю. Выдерживаю паузу, глядя в глаза киллера. И кажется уже начинаю их узнавать...
Она в любого, кто ближе навек влюблена. При таком раскладе, она не будет спать одна.
Блин! Я тебя потеряла совсем! ты просто пропала из списка моих друзей а дайр не находил твой ник и название дневника. я совсем отчаялась тебя найти. Алиллуйя. все таки вот он снова - знакомый черно-красный диз и офигительные посты. в которы находишь себя, в которых можно утонуть, в которых можно найти желание жить. как говорится. "Никогда не сдавайся". Спасибо, Данира! Что ты есть! ты классный человек. абсолютно классный. я тебя обожаю. я обожаю твой днев, я обожаю твои слова, мысли и фотографии. будь. и не пропадай больше, а!? зы: я тоже слушаю Люмен. и я снова буду искать ответы на свои вопросы в твоем дневе. спасибо. твоя Хисси.
Вот и черно-белая мордочка на аватарке. Зашла с утра с телефона - как всегда утренняя проверка форумов и дневников, была очень рада видеть - даже зашла с компьютера что бы оставить комментарий. Оч-чень радь)) И очень приятные слова, Хисси...) У меня редко появляется желание писать что-либо, хотя бы потому что писать для себя, что иногда так жизненно необходимо, можно и на бумаге, хоть это и не практично. А когда кто-то с таким рвением читает твой дневник... ну я не знаю. Просто крайне приятно и необычно слышать такие слова в свой адрес) Спасибо тебе большое))
З.Ы. Да я вроде и не пропадала. Это все система. Наверное. Я то никуда не деваюсь...)
Длинные тонкие пальцы гладят мой голый живот. Начало приятное. Щетина щекочет шею. Это настораживает; неужели...?
- Мам! Дверь ударяется о стену, в комнату влетает Андрей. Ему 16. Проницательные синие глаза. Длинные иссиние волосы. В лоб ему уже смотрит дуло Шакала. В нём - одна пуля. Нервно шарю рукой возле кровати - ищу, наверное, чем бы запустить в "сынишку". - Понял! - в свойственной ему манере он вскидывает руки вверх, вжав голову в плечи, поддевает дверь ногой. Она снова хлопает. Одкидываюсь на подушку. Рядом уже никого нет. Жаль. Всё так хорошо начиналось.
Кассул. Стою на балконе, целюсь в прохожих. Машина - где то я её уже видела. Мандаринового цвета камри. Наклейка с диснеевской собакой на бардачке. В салоне играет шансон. В зад машины ударяет шестерка. Выстрелы. Ловлю взглядом знакомый силуэт в капюшоне, прикрываю его с балкона. Прикольна - нажимаю на курок - человек падает к ногам моего киллера. Бегу к раковине мыть руки.
- У меня не было выхода! Я считала твои выстрелы! Смотри! - в гневе выхватываю, нет, отбираю, повиснув на его сильной руке, Шакал, направляю ему в лоб, нажимаю на курок... - Обойма пуста!! Пощечина. Он устало вздыхает - вздрагиваю. - Ну скажи что любишь меня - собственный голос кажится чужим, как будто обращенным к самой себе. Он хватает меня за плечи и прижимает к себе в тот самый момент, когда окно вдребезги разбивает пулеметная очередь. Чувствую сквозь сон запах его парфюма. Чувствую улыбку. Слышу дыхание... ...и вкус крови. Глухой удар. Темнота.
Дальше не понятно ничего. Просыпаюсь в одной кровати, у себя дома, валетом с каким-то жирдяем. На него орет мой папа, и говорит, что я не имею права спать ни с кем кроме Серёжи. Сообщаю, что я была пьяна. Взгляд натыкается на лежащий на моем письменном столе Шакал. - Папа!! Где...?!! Мой собственный голос со звуком имени киллера заглушает взрыв. В окно врезается корабль. Меня накрывает парусами.
- Дыши, - голосом Тэма сквозь сон шепчет мне плеер.
Дурацкий сон. Смена действующих лиц и декораций. Платформенный спуск, а-ля заброшенная станция на Воробьевых горах, меня явно плющит. Летаю, кувыркаюсь, смотрю предстоящий матч по футболу, заранее знаю кто выиграет. Италия. Ставки на 8ой номер.
Аллукард (называется "насмотрелась на ночь Хеллсинга"). Но я точно знаю, что это никакой не Аллукард, а Сережа - повадки его и голос. Идем куда-то. С нами лёс. Осень. По дороге я пинаю соленые огурцы. Серёжа, одетый точь - в точь, как мой ненаглядный вампир, пытается под него косить - что ж, весьма и весьма успено, если бы не одно НО, по которому Серёжа палится своим отличием от многоищвестного персонажа.
Почему-то приходим в квартиру моей бабушки. На столе большая бутылка водки и три граненых стакана. Лёс наливает. С ужасом взираю на этот безобразие и громко, во всеуслышанье, заявляю, что если Серёжа это выпьет, то я за него не выйду. Серёжа выпивает. Немая сцена. У Серёжи вообще привычка в моих снах делать мне всё назло. Громко хлопаю дверью и ухожу. Как всегда((
- Я же тебе говорил, - голос в голове. Так-так-так, милый, постой, скажи-ка что-нибудь ещё, я почти тебя узнала. - Что говорил?!! "Блин, сволочь, говори со мной. Уже третий сон с твоими следами в нем, а я не могу узнать"
Я был в лагере. Причем именно что был - прямо так, в мужском роде. Танцпол, верхний ярус, зажигательный диджей. Мой новенький ДК сет блестел в свете неоновых ламп - ах, какой мужчинка - никто, наверное не поверил бы что это - я. Какие то странные конкурсы про заморозку О_о
Из лагеря я привез целый рюкзак белого песка и Eminence Bow противного желтого цвета. А потом оказалась на даче в своем нормальном обыденном виде. - Чего же ты мне раньше не сказала, что ему 26 было. Я бы не ругалась, - это мама. Показывает мне какую-то фотографию. Вот, это говорит, у тебя в дневнике нашла. Смотрю на фотку. О_о - Даш, тебя там Андрей искал (другой, не тот, который Черный. Это про мою первую любовь, которая случилась у меня лет в 8, на даче, и чуть не выколола мне палкой глаз. Забавный был мальчик, его дедушка все время натягивал ему смешные парашютные шорты и, видимо, забывал про трусы, поэтому у бедного мальчика в песочнице в боевом азарте, из них всегда вываливалась пиписька, привлекая моё детское внимание. Я сразу делала вид что с огромнейшим энтузиазмом леплю куличики, при этом тайно косясь в шортину. "Тили-тили тесто жених и невеста!" Он мне потом года три по телефону говорил "...эх, жаль, тогда не поцеловались". А потом появился другой Андрей, и первый Андрей, маленький, перестал ездить на дачу). - это уже, кстати, бабушка, которая любит вспоминать как Андрюша таскал мне цветочки с грядок своей бабушки. - Неси фотоаппарат! - голос тёти со стороны дома. - Сегодня Серёжа приедет? - это ужа папа бухтит.
Я, намурлыкивая себе под нос, мерно рассыпаю привезенный из лагеря песочек по цветочным горшкам и, когда меня палят за этим делом, по грядкам. К ужину и правда приезжает Серёжа.
Мокрый битый асфальт. Ливень. Тяжелые ботинки до колена медленным но уверенным темпом стучат по лужам. Шаг. Шаг. Шаг. Я вся в черном, длинный кожаный плащ тихо шуршит. Палец холодит курок Шакала, спрятанного под плащом на уровне живота. Брови нахмурены. По щекам текут слезы. Но я отчаянно шарю глазами по окнам домов, по витринам магазинов, встречаюсь глазами с прохожими, пытаясь узнать в них кого-то. Где-то звучит музыка. И спустя мгновение я понимаю, "кого" я потеряла.
"Когда ты ищещь ответ на дне пустых глаз Растворяясь в тоске городских дней... ...холодных дней"
Я точно помню, что его убили. Убили у меня на глазах, всадив несколько пуль в висок. Он сполз по машине медленно, опустился на мокрый асфальт, уронив голову на грудь. Я кинулась было к нему, чтобы хотя бы взглянуть ему в лицо, узнать его, но меня небрежно оттащили за волосы и выстрелили под ноги. "...забудь его, сука. Проболтаешься кому - пришьем твоего сынишку."
"Когда теряешь любовь в очередной раз Остается мечта и ты живешь с ней... ...живешь с ней. Все, что не убивает нас сегодня Завтра сделает сильней..."
Я влетаю домой. Андрей, закинув ноги на стол, смотрит телевизор. Смотрит на меня сумасшедшими глазами. Растерян. Я без разговоров влетаю в нашу с мужем комнату, пинаю стену за шкафом. Оттуда выдвигается ящик с обоймами. Перезаряжаю Шакал, цепляю к поясу ещё несколько обойм. - Мам, стой! Что случилось? - он загораживает проход, руками уперевшись в дверной косяк. Выше меня на голову, смотрит серьезно, испуганно. Я толкаю его на диван и как-то шепотом, закрыв глаза, что-то тихо-тихо ему говорю, крепко прижав к себе.
"Кто-то хочет купить насквозь телеэфир Мы пытаемся просто зажечь свет... ...внутри людей Пускай эти строки истерты до дыр Мы храним свою цель и мы идем к ней... ...идем к ней."
Он крепко держит меня за плечи. Не хочет отпускать. - Мам, давай уедем. Его не вернуть! - Я смогу. Собери вещи и уезжай. - Нет! Я иду с тобой! - Ты остаешься.
Тут гаснет свет. И спустя мгновение я уже вижу себя, уворачивающуюся от пуль, убегающую, отстреливающуюся. У меня прострелено правое плечо, мне сложно стрелять. И темнота давит, давит, давит. И я чувствую, что я не справлюсь. И уже чувствую переносицей, что сейчас... между глаз... И слышу нечеловеческий крик. Кто-то дергает меня за рукав, увлекает за стену. И я слышу взрыв. И чувствую спиной дуло пистолета. СВОЕГО пистолета. ЕГО пистолета. Он куда-то пропал из моих рук и я почему-то точно осознаю то, что именно дуло Шакало сейчас направлено на меня. Ладони холодеют. Волоски на шее встают дыбом, когда чьи-то губы осторожно касаются моего стриженного затылка. Щетина щекочет шею. А сердце замирает, ожидая чего-то. - Я считал твои выстрелы, - шепчет мне в полной тишине родной голос, и я слышу громкий звук спускаемого курка. - Обойма пуста. - Ты... ты же... - мой голос дрожит. Я растерянна и слаба. - Идём отсюда.
Я слышала только как взвыл в темном коридоре ветер. Потом я проснулась. Приятно... что спустя месяц разной белеберды, мне снова снится этот боевичок... хочу продолжения. ...кто ты?...
"Бони и Клайд"
Сначала я сползла по шее лошади вместе с седлом. И болтала о чем-то с Наташей/Лесей (?) о детях и ещё чем-то. Потом у меня оказался заплечный рюкзак.
Место действия - угол знакомой крыши. Знакомый по сну. Какой-то перекресток, высотка, что то пастельно-желтое внизу (Южное Бутово/Ясенево(?)). Действие - перестрелка. Люди с крыши убивают людей внизу и друг друга.
Шакал. Калиблр - 13мм. Длина - 390мм, 16кг, 6 патронов в обойме. Бронебойные.
Человек в капюшоне действует лучше всех - откуда-то сверху я наблюдаю за ним. Три патрона. Четыре. Все шесть находят цель. Новая обойма. Два. Пять. Он уходит по лестнице.
Где его встречаю я. И не помню как - навязываюсь ему. Миленько, под локоток, мы с ним покидаем место действия. Чудесная парочка - Бони и Клайд.
По дороге домой (!) небрежно скидываю с него капюшон. Лицо не вижу. Волосы - относительно короткие, непослушные, тёмные. Щетинистый подбородок. На плече сумка.
- Подойдет, - слышу свой собственный голос.
Мужчина уже на грани срыва, кажется что вот-вот пристрелит меня. В обойме ещё один патрон. Но пистолет у него в сумке.
- Я даже помню планировку твоей квартиры, - говорю уже в подъезде. На стене лифта рисую пальцем: коридор - гостиная с большим балконом - длинная кухня - в конце ванная. Я не знаю, откуда такая картинка, но во сне вспоминаю, что видела это в каком-то другом, очень старом сне - я уже когда-то была здесь. Сидела на том самом балконе в гостиной.
Кухня. Я кладу на стол свой тяжелый рюкзак, растегиваю молнию. Мой спутник держит палец на курке пистолета. Из сумки ко мне на руки со словами "мама" выползает ребенок (!). Ему годик, уже говорит, глаза - синие, волосы - синие, или иссиня-черные (!). Спутник опускает пистолет, я даю ему на руки ребенка. Улыбка.
Полу-интимная сцена. Вздрагиваю во сне от прикосновения к его правому плечу. Этот человек уже любит меня - почему то точно знаю это.
Встреча. Мой друг, похожий на Орфена. Кухня, стол, пирожки. Было трое. Диалог в коридоре - то ли выяснение отношений, то ли мнение:
- Этот тип странный, ты не находишь? Тугой какой-то, тихий.
- Он киллер.
Шок. У виска парня дуло Шакала.
- Там одна пуля, - говорю.
Выдерживаю паузу, глядя в глаза киллера. И кажется уже начинаю их узнавать...
Просыпаюсь.
Алиллуйя. все таки вот он снова - знакомый черно-красный диз и офигительные посты. в которы находишь себя, в которых можно утонуть, в которых можно найти желание жить.
как говорится. "Никогда не сдавайся".
Спасибо, Данира! Что ты есть!
ты классный человек. абсолютно классный.
я тебя обожаю. я обожаю твой днев, я обожаю твои слова, мысли и фотографии. будь. и не пропадай больше, а!?
зы: я тоже слушаю Люмен.
и я снова буду искать ответы на свои вопросы в твоем дневе.
спасибо. твоя Хисси.
Оч-чень радь)) И очень приятные слова, Хисси...) У меня редко появляется желание писать что-либо, хотя бы потому что писать для себя, что иногда так жизненно необходимо, можно и на бумаге, хоть это и не практично. А когда кто-то с таким рвением читает твой дневник... ну я не знаю. Просто крайне приятно и необычно слышать такие слова в свой адрес) Спасибо тебе большое))
З.Ы. Да я вроде и не пропадала. Это все система. Наверное. Я то никуда не деваюсь...)
"Бони и Клайд 2: Крещение"
Длинные тонкие пальцы гладят мой голый живот. Начало приятное. Щетина щекочет шею. Это настораживает; неужели...?
- Мам!
Дверь ударяется о стену, в комнату влетает Андрей. Ему 16. Проницательные синие глаза. Длинные иссиние волосы.
В лоб ему уже смотрит дуло Шакала. В нём - одна пуля. Нервно шарю рукой возле кровати - ищу, наверное, чем бы запустить в "сынишку".
- Понял! - в свойственной ему манере он вскидывает руки вверх, вжав голову в плечи, поддевает дверь ногой. Она снова хлопает.
Одкидываюсь на подушку. Рядом уже никого нет. Жаль. Всё так хорошо начиналось.
Кассул.
Стою на балконе, целюсь в прохожих. Машина - где то я её уже видела. Мандаринового цвета камри. Наклейка с диснеевской собакой на бардачке. В салоне играет шансон. В зад машины ударяет шестерка. Выстрелы. Ловлю взглядом знакомый силуэт в капюшоне, прикрываю его с балкона. Прикольна - нажимаю на курок - человек падает к ногам моего киллера. Бегу к раковине мыть руки.
- У меня не было выхода! Я считала твои выстрелы! Смотри! - в гневе выхватываю, нет, отбираю, повиснув на его сильной руке, Шакал, направляю ему в лоб, нажимаю на курок... - Обойма пуста!!
Пощечина.
Он устало вздыхает - вздрагиваю.
- Ну скажи что любишь меня - собственный голос кажится чужим, как будто обращенным к самой себе.
Он хватает меня за плечи и прижимает к себе в тот самый момент, когда окно вдребезги разбивает пулеметная очередь. Чувствую сквозь сон запах его парфюма. Чувствую улыбку. Слышу дыхание...
...и вкус крови. Глухой удар. Темнота.
Дальше не понятно ничего. Просыпаюсь в одной кровати, у себя дома, валетом с каким-то жирдяем. На него орет мой папа, и говорит, что я не имею права спать ни с кем кроме Серёжи. Сообщаю, что я была пьяна.
Взгляд натыкается на лежащий на моем письменном столе Шакал.
- Папа!! Где...?!!
Мой собственный голос со звуком имени киллера заглушает взрыв. В окно врезается корабль. Меня накрывает парусами.
- Дыши, - голосом Тэма сквозь сон шепчет мне плеер.
Просыпаюсь.
"Бухающий Хеллсинг))"
Дурацкий сон. Смена действующих лиц и декораций. Платформенный спуск, а-ля заброшенная станция на Воробьевых горах, меня явно плющит. Летаю, кувыркаюсь, смотрю предстоящий матч по футболу, заранее знаю кто выиграет. Италия. Ставки на 8ой номер.
Аллукард (называется "насмотрелась на ночь Хеллсинга"). Но я точно знаю, что это никакой не Аллукард, а Сережа - повадки его и голос. Идем куда-то. С нами лёс. Осень. По дороге я пинаю соленые огурцы. Серёжа, одетый точь - в точь, как мой ненаглядный вампир, пытается под него косить - что ж, весьма и весьма успено, если бы не одно НО, по которому Серёжа палится своим отличием от многоищвестного персонажа.
Почему-то приходим в квартиру моей бабушки. На столе большая бутылка водки и три граненых стакана. Лёс наливает. С ужасом взираю на этот безобразие и громко, во всеуслышанье, заявляю, что если Серёжа это выпьет, то я за него не выйду. Серёжа выпивает.
Немая сцена. У Серёжи вообще привычка в моих снах делать мне всё назло. Громко хлопаю дверью и ухожу. Как всегда((
- Я же тебе говорил, - голос в голове. Так-так-так, милый, постой, скажи-ка что-нибудь ещё, я почти тебя узнала.
- Что говорил?!!
"Блин, сволочь, говори со мной. Уже третий сон с твоими следами в нем, а я не могу узнать"
Просыпаюсь.
Дурацкий сон. Мне не понравился.
"Последствия Линейджа"
Я был в лагере. Причем именно что был - прямо так, в мужском роде. Танцпол, верхний ярус, зажигательный диджей. Мой новенький ДК сет блестел в свете неоновых ламп - ах, какой мужчинка - никто, наверное не поверил бы что это - я. Какие то странные конкурсы про заморозку О_о
Из лагеря я привез целый рюкзак белого песка и Eminence Bow противного желтого цвета. А потом оказалась на даче в своем нормальном обыденном виде.
- Чего же ты мне раньше не сказала, что ему 26 было. Я бы не ругалась, - это мама. Показывает мне какую-то фотографию. Вот, это говорит, у тебя в дневнике нашла. Смотрю на фотку. О_о
- Даш, тебя там Андрей искал (другой, не тот, который Черный. Это про мою первую любовь, которая случилась у меня лет в 8, на даче, и чуть не выколола мне палкой глаз. Забавный был мальчик, его дедушка все время натягивал ему смешные парашютные шорты и, видимо, забывал про трусы, поэтому у бедного мальчика в песочнице в боевом азарте, из них всегда вываливалась пиписька, привлекая моё детское внимание. Я сразу делала вид что с огромнейшим энтузиазмом леплю куличики, при этом тайно косясь в шортину. "Тили-тили тесто жених и невеста!" Он мне потом года три по телефону говорил "...эх, жаль, тогда не поцеловались". А потом появился другой Андрей, и первый Андрей, маленький, перестал ездить на дачу). - это уже, кстати, бабушка, которая любит вспоминать как Андрюша таскал мне цветочки с грядок своей бабушки.
- Неси фотоаппарат! - голос тёти со стороны дома.
- Сегодня Серёжа приедет? - это ужа папа бухтит.
Я, намурлыкивая себе под нос, мерно рассыпаю привезенный из лагеря песочек по цветочным горшкам и, когда меня палят за этим делом, по грядкам. К ужину и правда приезжает Серёжа.
Просыпаюсь.
"Бони и Клайнд: Возвращение"
Мокрый битый асфальт. Ливень. Тяжелые ботинки до колена медленным но уверенным темпом стучат по лужам. Шаг. Шаг. Шаг. Я вся в черном, длинный кожаный плащ тихо шуршит. Палец холодит курок Шакала, спрятанного под плащом на уровне живота. Брови нахмурены. По щекам текут слезы. Но я отчаянно шарю глазами по окнам домов, по витринам магазинов, встречаюсь глазами с прохожими, пытаясь узнать в них кого-то. Где-то звучит музыка. И спустя мгновение я понимаю, "кого" я потеряла.
"Когда ты ищещь ответ на дне пустых глаз
Растворяясь в тоске городских дней...
...холодных дней"
Я точно помню, что его убили. Убили у меня на глазах, всадив несколько пуль в висок. Он сполз по машине медленно, опустился на мокрый асфальт, уронив голову на грудь. Я кинулась было к нему, чтобы хотя бы взглянуть ему в лицо, узнать его, но меня небрежно оттащили за волосы и выстрелили под ноги. "...забудь его, сука. Проболтаешься кому - пришьем твоего сынишку."
"Когда теряешь любовь в очередной раз
Остается мечта и ты живешь с ней...
...живешь с ней.
Все, что не убивает нас сегодня
Завтра сделает сильней..."
Я влетаю домой. Андрей, закинув ноги на стол, смотрит телевизор. Смотрит на меня сумасшедшими глазами. Растерян. Я без разговоров влетаю в нашу с мужем комнату, пинаю стену за шкафом. Оттуда выдвигается ящик с обоймами. Перезаряжаю Шакал, цепляю к поясу ещё несколько обойм.
- Мам, стой! Что случилось? - он загораживает проход, руками уперевшись в дверной косяк. Выше меня на голову, смотрит серьезно, испуганно.
Я толкаю его на диван и как-то шепотом, закрыв глаза, что-то тихо-тихо ему говорю, крепко прижав к себе.
"Кто-то хочет купить насквозь телеэфир
Мы пытаемся просто зажечь свет...
...внутри людей
Пускай эти строки истерты до дыр
Мы храним свою цель и мы идем к ней...
...идем к ней."
Он крепко держит меня за плечи. Не хочет отпускать.
- Мам, давай уедем. Его не вернуть!
- Я смогу. Собери вещи и уезжай.
- Нет! Я иду с тобой!
- Ты остаешься.
Тут гаснет свет. И спустя мгновение я уже вижу себя, уворачивающуюся от пуль, убегающую, отстреливающуюся. У меня прострелено правое плечо, мне сложно стрелять. И темнота давит, давит, давит. И я чувствую, что я не справлюсь. И уже чувствую переносицей, что сейчас... между глаз... И слышу нечеловеческий крик.
Кто-то дергает меня за рукав, увлекает за стену. И я слышу взрыв. И чувствую спиной дуло пистолета. СВОЕГО пистолета. ЕГО пистолета. Он куда-то пропал из моих рук и я почему-то точно осознаю то, что именно дуло Шакало сейчас направлено на меня. Ладони холодеют. Волоски на шее встают дыбом, когда чьи-то губы осторожно касаются моего стриженного затылка. Щетина щекочет шею. А сердце замирает, ожидая чего-то.
- Я считал твои выстрелы, - шепчет мне в полной тишине родной голос, и я слышу громкий звук спускаемого курка. - Обойма пуста.
- Ты... ты же... - мой голос дрожит. Я растерянна и слаба.
- Идём отсюда.
Я слышала только как взвыл в темном коридоре ветер. Потом я проснулась.
Приятно... что спустя месяц разной белеберды, мне снова снится этот боевичок... хочу продолжения.
...кто ты?...